Марина Таргакова. Психология обиды, ч. 4

 Обида – это детское состояние и вместе с тем обида – это естественное, нормальное чувство. Когда что-то идёт не так, то мы хотим защититься от ситуации, от обстоятельств, которые идут не по тому маршруту или не по тому плану, по которому нам хотелось бы. Мы говорили о том, что обида – это естественное состояние, от которого мы никогда не освободимся. Если мы в результате практик станем какими-то бесчувственными роботами, не испытывающими обид, то не приведи Господи такую практику!

Поэтому нас всегда будет что-то задевать, что-то ранить, от чего-то мы будем обескуражены – это всё нормальные эмоции. От чего мы должны точно освободиться с вами, так это от обидчивости, как от качества характера, умонастроения.

Дело в том, что ребёнок внутри нас всегда будет продолжать жить. Чем больше ему будет интересно в этом мире, тем интереснее будет нам с вами. Никогда мы своего внутреннего ребёнка не убьём и слава богу. Но нам нужно создать ему комфортные условия для его развития. Также помимо ребёнка внутри нас всё-таки должна быть зрелая личность.

Зрелая личность после мгновения, на которое произошло затуманивание разума эмоциями, может продолжить разговор и сказать: «Извини, пожалуйста, твои слова были для меня болезненными, я думаю, ты не хотел меня обидеть». Казалось бы, простая фраза. Скажите, если вам такую фразу говорят, какое чувство приходит? Раскаяние, стыд. Это естественно. «Конечно, я не хотел обижать!» Но чаще всего мы услышим: «Нет, я вообще не собирался тебя обижать, ты вообще меня не понял». Тогда вы скажите: «А ты бы не мог помедленнее, не так громко, просто я, может быть, не совсем понимаю», то есть вы на самом деле хотите услышать человека.

По большей части мы хотим слышать только себя и ту точку зрения, которая так или иначе совпадает с нашей. Но если мы всё-таки хотим проявить уважение к человеку,  даже если его слова вызывают у нас боль – это поведение Взрослого человека.

Нам очень важно научиться обозначать свои чувства и научиться это нужно делать в модели «Я-сообщений», потому что чаще всего мы говорим в модели «Ты-сообщений»: «ты меня раздражаешь», «ты меня беспокоишь», «ты поступаешь так…». «Я-сообщения» – это когда я говорю о своих чувствах и о своём пожелании: «Я сейчас чувствую боль», «Я сейчас чувствую, что во мне закипает волна раздражения», «У меня появляется страх», «У меня появляется недоверие». Я отдаю отчёт тому, что я чувствую в данный момент времени.

Очень важно понять, что мы всегда что-то чувствуем. Когда ребёнок маленький, он не понимает, что с ним творится. Поэтому ему нужно обозначать чувства и эмоции. Например, ребёнок топает ногами, а мы говорим: «Я вижу, как ты гневаешься», «Я вижу, как тебя что-то не устраивает», то есть мы обозначаем и говорим, а ребёнок понимает, что маму не пугает это и не раздражает. Как же происходит обычно? «А ну-ка замолчи! Сейчас в угол поставлю» и начинаем раздражаться. Тогда ребёнок зажимает свои эмоции, но так как он – живое существо, он продолжает их испытывать, но весьма странным образом. На смену запрещённой эмоции приходит какая-то другая эмоция, так называемая рэкетная эмоция (эмоциональный рэкет) – дети начинают эксплуатировать другую эмоцию, которая разрешена в их семье. Сейчас посмотрим, что же получается в результате.

Есть четыре базовых эмоции, которые испытывает человек:
1. Печаль.
2. Радость.
3. Страх.
4. Гнев.

Подумайте, какая из этих эмоций была запрещена вам в детстве?

Печаль

Марина Таргакова. Психология обиды, ч. 4

Когда вы печалились в детстве, вам говорили: «Что ты делаешь такое лицо? Ну-ка перестань», то есть вас всё время выдёргивали из этого состояния: либо отвлекали, либо развлекали, в общем, что-то делали, но печаль была запрещена. Я могу сказать, что эта история про меня. У нас в доме была запрещена печаль – на замену ей была радость. Если человек печалился в нашем роду, то это не приветствовалось. Приветствовалась радость по определённому сценарию «радуй других».

Такие люди в любой компании начинают сразу балагурить, шутить, подбадривать всех – они работают. Фактически, как только появляется компания, они начинают работать массовиками-затейниками. Хорошо, когда вы способны это делать, но плохо, когда вы это делаете фактически без выбора. Это ваше принудительное поведение заводить всех, чтобы не приведи господи кто-то грустный сидел. По этому поводу есть анекдот. Один человек приходит на приём к психотерапевту и говорит: «Вы знаете, у меня суицидальная депрессия. Я не могу больше жить, мне настолько плохо». Психотерапевт говорит: «Вы извините, пожалуйста. На самом деле у меня приём уже закончен, и вы знаете, что я вам посоветую? В наш город приехал такой замечательный цирк, я сейчас туда иду, там такой прекрасный клоун». Пациент говорит: «Видите ли, я и есть этот клоун».

Если вы спросите у близких людей, которые по своей профессии балагуры, например как Михаил Жванецкий, какие они в быту? То они скажут, что в быту они, как правило, очень склонны к депрессии. Но как только они видят зрителя, как только они видят взгляд со стороны – это взгляд их мамы или папы. Это взгляд людей, которые смотрели на вас и под этим взглядом вы начинали что-то из себя изображать. Поэтому любой взгляд, адресованный на вас – это повод для того, чтобы проявлять свои артистические способности. В этом случае человек для всех остальных будет такой распрекрасный, «душа компании», его всюду будут звать, ведь он всех веселит, но есть ещё одна проблема – кто-нибудь развеселил бы его

У меня была одна девушка, которой я проводила глубокую терапию дыхания. Когда вы сознательно пускаетесь в процесс дыхательной терапии, чтобы что-то выходило из вашего подсознания, то вы не контролируете ситуацию. Вы дышите глубоко, сосредотачиваетесь на дыхании, звучит специальная музыка. Так вот она рыдала, но при этом у неё на лице была широко растянута улыбка – это была гримаса смеха, которая называется смех висельника. Такое чувство испытывают эти люди, но со стороны этого не видно. Если этот человек скажет: «Вы знаете, у меня проблемы», то все начнут хохотать: «Какие у тебя могут быть проблемы?».

Итак, рэкетная эмоция печали – радость.

Гнев

Марина Таргакова. Психология обиды, ч. 4Если вам был запрещён гнев, очень часто на смену ему, как рэкет, приходит страх. Такие люди тихие молчуны, они предпочитают быть в стороне. Они не любят открываться. Почему они на самом деле боятся? Потому что при глубоком контакте они чувствуют, как у них поднимается что-то изнутри. Они боятся этого «что-то» и предпочитают отходить. На самом же деле в них поднимается гнев.

Терапия у таких людей будет идти через проживание и отпускание гнева. У них были все основания гневаться, но им просто запретили это. Человек – это такой вид жизни, который можем трансформировать эмоции: печаль в радость, обиду в чувство благодарности. Мы можем много чего сделать, но только на уровне разума.

Если же человеку подавили эмоции на уровне детского эмоционального состояния и со стороны кажется, что он контролирует свои эмоции, то на самом деле он их просто боится. Он боится их проявлять, проживать, потому что у него есть страх, что я сейчас впаду в какую-то неконтролируемую ситуацию, поэтому избегаю этих чувств.  Это опять-таки рэкетная эмоция.

Радость

Марина Таргакова. Психология обиды, ч. 4Во многих семьях радость запрещена. Особенно на Руси. «Смех без причины – признак дурачины». «Много будешь смеяться – много будешь плакать». У нас есть лозунги, которые так или иначе передаются из поколения в поколение, и возникают такие семейные клише: мама такая, бабушка такая и дочь такая – как Пьеро.

Одна женщина пришла ко мне на консультацию – у меня было такое впечатление, что вкатилась слеза. Она рассказала, что у неё дети сбегают из дома. Видимо, у детей другой сценарий жизни и им не хотелось печалиться дома. Сейчас дети грамотные. Когда родители им говорят: «Делай так, делай так и будешь успешным, удачливым», они отвечают: «Мама, ты не пробовала сама пользоваться своими рецептами? Какое ты имеешь право говорить мне, как быть счастливым? Я же вижу, что ты несчастна».  Как мы можем осчастливить других, если мы ходим с такими лицами?

Страх

Марина Таргакова. Психология обиды, ч. 4Страх очень часто был запрещён, особенно мужчинам. «Мужчины не плачут», – воспитывают мальчиков. На самом деле мальчикам нормально бояться. Если парня воспитывали фактически запретив ему чувствовать все его эмоции, он должен быть роботом и именно таких мужей ожидают жёны. Такие мужья всегда, как правильно, знают ответы на любые вопросы. Но иногда мужчине страшно, иногда он вообще плачет – это нормально.

Если же мужчина запрещает себе эти чувства, то он запрещает их испытывать и вам. Мужчина, который не чувствовал своих слёз, когда вы будете плакать, он будет впадать в ступор. Он будет делать вид, что он их не видит. Ему будет легче уйти из дома, потому что у него внутри начинает что-то шевелиться и ему страшно от этого. В таком случае отношения в браке становятся проблематичными, потому что человек не знает, что он чувствует, что он испытывает.

<< Часть 3                 Часть 5 >>


Марина Таргакова ВКонтакте.
Источник — выступление на фестивале «Садху-Санга», сентябрь 2009 года.

Порекомендовать в соц. сетях:

0

Комментариев еще нет.

Оставить комментарий